Наука и технологии России

Вход Регистрация

Новые жалобы обладателей мегагрантов

Похоже, критические выступления ведущих учёных, работающих по мегагрантам, уже превращаются в заметную традицию. Практически каждое интервью с обладателем министерских миллионов содержит рассказ о бюрократических злоключениях, задержках и неурядицах, омрачающих российское научное бытие.

Периодически ведущие учёные выступают сообща, и тогда их критика звучит особенно громко. Как ни странно, в Минобрнауки этому отчасти рады: Андрей Фурсенко не раз говорил, что программа мегагрантов, по сути, является «разведкой боем». Одна из ее целей как раз состоит в выявлении и преодолении ключевых барьеров на пути развития науки мирового уровня в России.

Есть ещё одна причина, по которой суровая правда не вызывает у чиновников Минобрнауки панику: ругают в основном их коллег по другим ведомствам и службам. Порой возникает впечатление, что подчинённые Андрея Фурсенко, да и он сам, сражаются на одной стороне с учёными против многоголовой гидры федеральной бюрократии (налоговой, таможни, казначейства, ФМС, ФСБ и прочих) и разбросанным по ведущим вузам очагам «бухгалтерии».

Как бы то ни было, гидра продолжает пожирать науку, а ведущие учёные продолжают выступать. На днях пятеро из них собрались в редакции журнала «Наука и жизнь» и рассказали журналистам новости с фронта. Кратко остановимся на выступлениях участников.

Петер_Колтерманн
Петер Колтерманн, немецкий океанолог, создает в МГУ лабораторию оценки природных рисков в прибрежных зонах. Фото Сергея Добролюбова

Сергей_Никитов
Сергей Никитов выиграл мегагрант вместе с Саратовским государственным университетом на организацию лаборатории метаматериалов

Петер Колтерманн (МГУ, географический факультет)

Заслуженный немецкий океанолог создаёт в МГУ лабораторию оценки природных рисков в прибрежных зонах. Из-за законодательства о госзакупках до сих пор не смог приобрести компьютеры. Объясняет, что в МГУ работает одна комиссия по закупкам, которая собирается раз в год в сентябре, а грант был выигран в ноябре. Испытывает трудности с университетской бюрократией, но замечает, что МГУ «постепенно учится управлять проектом». Недоволен классическим требованием российской бухгалтерии госучреждения: для оплаты перелёта из суммы гранта надо начинать путешествие из России, а не наоборот. Закон о госзакупках не драматизирует: напомнил собравшимся, что такой же закон был введен в Германии в начале 1990-х, работа была парализована на несколько месяцев, а потом все как-то освоились. Для адаптации к российским реалиям периодически читает «Золотого телёнка».

Сергей Никитов (Саратовский государственный университет)

Замдиректора НИИ радиотехники и электроники, членкор РАН начал с рассказа о конференции учёных-соотечественников в Черногории в 2008 году, на которой Андрей Фурсенко объявил о готовящейся программе мегагрантов и пригласил диаспору к сотрудничеству. Сам Сергей Никитов всегда работал в России, а на конференцию прибыл от Академии и такому повороту в речи не обрадовался. Когда он спросил у министра, не ожидаются ли гранты для граждан России, тот в ответ спросил место работы. Услышав про ИРЭ РАН, министр сообщил: «О, ваш ещё не из худших…».

Когда программу объявили для всех независимо от гражданства, Сергей Никитов решил участвовать, но для этого нужно было подыскать город вне Московской области (по условиям конкурса подавать на мегагрант можно только с вузом другого региона). Проблема решилась просто: в Саратове у ИРЭ есть филиал. В итоге всё сложилось удачно, и теперь в Саратовском государственном университете Сергей Никитов создаёт лабораторию метаматериалов на основе фотонных, фононных и магнонных кристаллов. Больших проблем с организацией работы по мегагранту не испытывает, зато недоволен прочими конкурсами Минобрнауки: в них выигрывают «далеко не лучшие коллективы, иногда вообще не имеющие отношения к науке».

Перспективы внедрения результатов своих исследований в России оценивает скептически: «электронной промышленности у нас нет». Зато «Саратов – не Москва, там «очень большая очередь студентов и аспирантов, которые желают заниматься наукой».

Юрий_Котелевцев
Юрий Котелевцев, биолог из Эдинбурга, руководит в Пущинском госуниверситете проектом по направлению «Направленная модификация генома стволовых клеток как платформа для поиска новых фармакологических средств». Фото STRF.ru

Сергей_Лукъянов
Сергей Лукъянов, член-корреспондент РАН, в Нижегородской государственной медицинской академии создал лабораторию флуоресцентного биоимиджинга

Юрий Котелевцев (Пущинский государственный университет)

Сам себя аттестует как «единственного доцента – обладателя мегагранта» (остальные – профессора). Ездит в Россию из Эдинбурга, создаёт здесь лабораторию модификации генома стволовых клеток. Юрий Котелевцев специализируется на модификации генома мыши в стволовых клетках и получения мышей с заданными генетическими изменениями для испытаний новых лекарств.

Проблем с лабораторией в Пущино масса: и закупки, и таможня, и отчётность. Поэтому «в лучшем случае эффективность расходов [в сравнении с западными программами] 10–15 процентов» – таков неутешительный диагноз мегагрантам. Причём за время пребывания Котелевцева в России выяснилось, что такая эффективность нормальна для России: «Некоторые профессора здесь значительно богаче своих европейских коллег, так как выплачивают себе зарплату из множества разных грантов».

Ещё одна сложность выявилась при комплектовании лаборатории сотрудниками. Оказалось, никто не хочет идти в краткосрочный проект на полную ставку, так как боится терять ставки в других местах. «Я уеду, а их там потом завлаб будет дальше тянуть», понимающе сетует доцент из Шотландии.

Сергей Лукъянов (Нижегородская государственная медицинская академия)

В 1990-е на «юную психику» Сергея Лукъянова произвёл очень сильное впечатление исход учёных из российской науки, что не помешало ему стать ведущим российским молекулярным биологом, специалистом по флуоресцирующим белкам и членкором РАН. Сейчас исход несколько затормозился, но не прекратился, хоть денег и стало гораздо больше. Мегагранты всей ситуации не меняют, зато со стороны иностранных коллег Лукъянова к ним возник очень большой интерес: «Это очень приятно мне как российскому учёному: наконец-то!».

Впрочем, сам же Сергей Лукъянов рассказал о возможной негативной причине такого интереса: в России деньги даются на небольшой срок, а присутствовать в стране надо лишь несколько месяцев в году. В сравнимых по финансированию иностранных программах требуется постоянное присутствие, потому-то Лукъянов пока и не покинул родной ИБХ.

К своему мегагранту по созданию в Нижнем Новгороде лаборатории флуоресцентного биоимиджинга членкор подошёл с большим опытом борьбы с российской бюрократией. Однако его оказалось недостаточно: вот уже второй конкурс по закупке ключевого прибора отменён местным ФАС. Лукъянову с коллегами нужна установка определённой фирмы в особой комплектации, а представители конкурентов этой фирмы специально срывают конкурс, жалуясь в антимонопольную службу.

Владимир_Малахов
Владимир Малахов, зоолог с биологического факультета МГУ, организует в Дальневосточном федеральном университете исследования биологического разнообразия морских беспозвоночных

Владимир Малахов (Дальневосточный федеральный университет)

У третьего членкора – московского зоолога Владимира Малахова – проблем с грантом оказалось пока меньше, чем ожидалось. В основном неурядицы мелкие – так, для оплаты командировки сотрудника ДВФУ из средств гранта нужно собрать восемь подписей, а платить больше 100 рублей суточных запрещено. Эти проблемы Владимир Малахов регулярно доносит до «молодого и активного» ректора Владимира Миклушевского, однако «до сих пор не уверен, что тому удастся побороть бюрократию».

Опасения специалиста по морским беспозвоночным вызывает скорее общая неопределённость всего проекта ДВФУ, кампус для которого строится к саммиту АТЭС. Жители города поделились с московским гостем своими страхами, что после саммита все деньги закончатся. Для Владимира Малахова самая болезненная неопределённость связана со служебным жильём для молодых учёных. Без него, считает он, университетскую науку не поднять. А квартиры, пусть и не в собственность, могли бы привлечь во Владивосток даже выпускников МГУ.

Чаще всего обладатели мегагрантов говорили, конечно, о продлении программы: по общему мнению, через пару лет все проекты стоит оценить ещё раз и продолжить финансирование тем, кто чего-то достиг. Но и в нынешней конфигурации мегагранты – это скорее плюс, чем минус. Осталось научиться их эффективно тратить. Без этого программа рискует оказаться бесплодной.

На встрече в редакции присутствовал и куратор программы от Минобрнауки – глава департамента международной интеграции Игорь Проценко. Он никак не отреагировал на большинство высказанных замечаний – чувствовалось, слышит он про них далеко не в первый раз. По мнению чиновника, пока главным тормозом программы остаётся низкое качество вузовского менеджмента, а помочь с этим может только практика.

Более обнадеживающе прозвучало объявление о начале работы над новым витком конкурса мегагрантов: сейчас Минобрнауки по поручению Правительства РФ пишет обоснование для Минфина. А результаты второй волны уже идущего конкурса объявят, ориентировочно, 20 сентября.

РЕЙТИНГ

5.00
голосов: 5

Галереи

Манипулятор для работы с радиоактивными объектами

7-я Международная конференция по изотопам (МКИ) открылась 5 сентября 2011 года в Москве.
Генеральный директор Государственной корпорации по атомной энергии «Росатом» Сергей Кириенко: «Ядерная медицина – один из самых высокотехнологичных инновационных и быстро развивающихся секторов мировой экономики – может стать одним из драйверов и для российской экономики в целом. Наша цель – создание в России полноценного кластера ядерной медицины».
Механический манипулятор используется в горячей камере для производства молибдена-99 в НИИАР. Разработан немецкой компанией Waelischmiller Engineering в 1970-е годы. Стоимость одной такой «руки» – порядка 20 тысяч евро. Данный манипулятор демонстрируется на конференции по изотопам, проходящей в эти дни в Москве.

5 фото

Обсуждение