Наука и технологии России

Вход Регистрация
16.12.11 | Наука и техника: Наука и космос Светлана Невская

У Марса к России ФОБия

Советские, как, впрочем, и российские, экспедиции к Красной планете постоянно преследовали неудачи. В ноябре 2011-го они вновь дали о себе знать: к спутнику Марса – Фобосу – не смогла отправиться межпланетная станция «Фобос-Грунт». О возможных причинах фиаско NewScientist побеседовал с директором Института геохимии и аналитической химии (ГЕОХИ) РАН академиком Эриком Галимовым.

Эрик_Галимов Эрик Галимов: «Космическая отрасль – одна из иллюстраций того, что мы потеряли. <…> Многие отрасли просели из-за того, что качества специалистов, которые являются определяющими в культуре, в технологии  долгое время не ценились»

Справка STRF.ru:
Галимов Эрик Михайлович, директор Института геохимии и аналитической химии им. В. И. Вернадского РАН, академик, член президиума РАН, член бюро совета РАН по космосу, вице-президент (1996–2000 годы) и президент (2000–2004 годы) Международной ассоциации геохимии и космохимии

Эрик Михайлович, полагают, что неудачный запуск «Фобос-Грунта» связан с тем, что аппарат усложнили новыми, где-то не очень отработанными техническими решениями. Так ли это?

– Пожалуй, да. Не следовало идти по пути усложнения аппарата. Его главной задачей было доставить грунт, и это было бы великолепное научное достижение. Более 90 процентов ценности экспедиции я связывал именно с доставкой грунта. Однако постепенно аппарат стали нагружать другими задачами и даже присоединили дополнительный китайский спутник. Если бы ограничились основной задачей, ее можно было бы выполнить не только более надежно, но и в более сжатые сроки.

Обременение проекта многочисленными целями вместо одной главной было нерациональным. Тем не менее это скорее косвенная причина неудачного запуска. Основная причина – об этом я не раз говорил и писал – в том, что необходимо, чтобы делом занимались ответственные и компетентные люди, люди преданные делу, заинтересованные в том, чтобы его осуществить. Я уже не говорю о том, что очень долгое время не было должного внимания не только к космической отрасли, но и вообще к науке. Интеллектуальный потенциал постепенно убывал. Если мы сейчас будем возлагать большие надежды на другую область знаний, то очень скоро обнаружим, что она тоже не дает того эффекта, который мы хотим.

При этом ужесточение контроля, какие-то наказания не смогут в корне изменить ситуацию. Необходимо взращивание такой ответственности, когда человек делает хорошо не потому, что он боится наказания, а потому, что таковы его культура, его компетентность. Увы, ценность этого была утрачена. Космическая отрасль, повторю, одна из иллюстраций того, что мы потеряли. Авиация, судостроение, поиск полезных ископаемых – многие отрасли просели из-за того, что качества специалистов, которые являются определяющими в культуре, в технологии долгое время не ценились.

Тогда нужно начинать менять ситуацию со школьной скамьи…

– Да, мы потеряли 20 лет именно в серьезном отношении к делу. О чем мечтают сегодня дети, чего хотят добиться в жизни, как они относятся к понятию успеха? Я далек от того, чтобы обелять советский режим, однако там было то, чего сейчас очень не хватает – почитание интеллектуальной работы, честного отношения к делу. Сейчас честность вообще перестала быть ценностью. Человеку не становится дурно оттого, что он солгал. В науке это проявляется в опубликованных, но недостаточно проработанных статьях, в технологиях – в «недокрутил, недоделал, не припаял».

Почему в «Фобос-Грунте» не сработала электроника? Да по какой-то очень конкретной причине – кто-то не счел обязательным удостовериться, перепроверить...

Какие шаги предпринимались в области планетных исследований и что послужило причиной наших неудачных запусков?

– Ошибочной была сама стратегия космических исследований – тратились деньги на то, что заведомо нельзя было сделать.

Что же касается планетных исследований, то в 1996 году были сформулированы две задачи: «Луна-Глоб» и «Фобос-Грунт». В научном отношении исследование внутреннего строения Луны могло пролить свет на происхождение системы Земля – Луна, на раннюю историю Земли, на вопрос о происхождении жизни и т.д. Однако, забегая вперед, скажу, что из проекта «Луна-Глоб» вынули сердцевину – исследование внутреннего строения Луны, вместо этого сделали луноход.

Даже если этот проект осуществится, то движение вперед будет минимальным, достойным страны только-только приступившей к космическим исследованиям.

Успешное выполнение проекта «Фобос-Грунт» (и выполнение главной задачи – привоз вещества с Фобоса) тоже выводил бы нас на верхний уровень исследований в космосе, поскольку могли быть решены узловые вопросы, связанные с планетологией.

Однако в ноябре 1996 года запуск «Марса-96» терпит фиаско, что было предсказуемо: аппарат не надо было запускать. («Проект готовился в условиях недостаточного финансирования, без должных испытаний, в спешке. Космический аппарат рухнул в океан, даже не выйдя на траекторию к Марсу, из-за отказа в разгонном блоке, но вероятность отказа была велика и во многих других составляющих проекта». Цитата из книги Э.М. Галимова «Замыслы и просчеты. Фундаментальные космические исследования в России последнего двадцатилетия. Двадцать лет бесплодных усилий». Эдиториал УРСС. Красанд. 2010 год. – Ред.) В 1997 году сочли, что два проекта («Луна-Глоб» и «Фобос-Грунт» – Ред.) нам не поднять, хотя их можно было бы разумным образом сочетать – они требовали одного и того же космического аппарата. На Луну можно было бы послать аппарат, чтобы испытать, а на Фобос уже отправился бы аппарат, испытанный в космическом полете. Но приняли иное решение – будем запускать только на Фобос. Планировали запуск на 2005 год, затем отложили на 2007, на 2009, и вот спустя 15 лет «Фобос-Грунт», как и «Марс-96», терпит неудачу.

Фобос-Грусть
В 1996 году мне было 15 лет, когда в выпуске новостей я услышал, что «Марс-96» рухнул в океан. Было отвратительное ощущение потери, которое, конечно же, давно забылось. Холодным вечером 9 ноября 2011 года радиосообщение о проблемах станции «Фобос-Грунт» вернуло меня на несколько минут в юность…
Сейчас, когда я набираю эти слова, у «Фобос-Грунта» есть еще шанс попасть хотя бы на Луну – он впервые с момента запуска откликнулся на вызов с Земли. Что бы ни произошло дальше, очень важно понять, где у аппарата была проблема. И не опускать руки, хотя удар очень чувствительный. Единственный выход – это интенсифицировать разработку и запуски новых станций. Только так можно модернизировать отрасль, которая просела после распада СССР.
Недавно в СМИ прошла информация, что Россия готова предоставить Евросоюзу кредит в 10 млрд евро… Раз у нас есть деньги на это, то неужели не найдутся на научные исследования в космосе? Но запускать надо не раз в 15 лет сложнейший аппарат, а раз в 2-3 года что-то попроще, «для тренировки». И если опыт окажется удачным, то вернуться к более сложным миссиям. А иначе слишком высока цена ошибки.
Если у вас упал 1 из запущенных десяти спутников, то это статистика. Если упали 5-6 из 10, то это система, и надо искать ошибку. А если упал один-единственный запущенный раз в 15 лет аппарат, то это ощущается как катастрофа.
Что можно сказать об уверенности в своих силах создателей станции, которые прошли через такое? В следующий раз (если он когда-нибудь состоится) работу будут делать люди, несущие на себе груз тяжелого поражения. И тогда новый вызов, возможно, будет проигран еще до старта.
Научно-техническая неудача должна быть поводом к работе над ошибками, к повторному, быть может, черновому, опыту. А поражение должно восприниматься как рутинный рабочий момент, не обходиться дорого. В противном случае вероятность побед в будущем невелика.
Иван Охапкин

Интервью опубликовано в декабрьском номере журнала NewScientist

РЕЙТИНГ

4.00
голосов: 4

Галереи

Экипаж «Марс-500» провёл первую пресс-конференцию на свободе

Закончилась изоляция экипажа «Марс-500», длившаяся 520 суток. Шестеро испытателей сошли на «землю» 4 ноября 2011 года. А 8 ноября они уже дали первую пресс-конференцию. Эксперимент, имитирующий полёт к Марсу (подробнее – в нашей статье «Полёт на 520 суток»), готовили в Институте медико-биологических проблем РАН. Он начался 3 июня 2010 года, когда 6 добровольцев, прошедших отбор, вошли в исследовательский комплекс и закрыли люк.

53 фото

Обсуждение