Наука и технологии России

Вход Регистрация

Новая промышленная революция: шансы на свершение

«Нам нужны революционные сдвиги, переход к принципиально новым технологическим системам, к технике последних поколений, дающей наивысшую эффективность». Этой цитатой с апрельского пленума ЦК КПСС 1985 года, с которого стартовало «горбачёвское ускорение», открыл экспертное обсуждение на тему: «Технологическое развитие: мировые тренды и перспективы России» модератор Павел Кадочников, президент Центра стратегических разработок (ЦСР). В ходе дискуссии, состоявшейся в рамках XVIII Апрельской международной научной конференции по проблемам развития экономики и общества НИУ ВШЭ, были подняты вопросы больших вызовов и ответов на них, новой промышленной революции, реализуемости стратегических документов.

За счёт чего экономике расти?

«Доступность основных факторов производства в виде капитала и труда не обеспечивает в настоящий момент требуемых темпов экономического роста», – констатировал докладчик, вице-президент ЦСР Владимир Княгинин. По его мнению, необходимо увеличить «совокупную факторную производительность», ключевой составляющей которой являются технологии.

И государства, и компании внедряют передовые производственные технологии, цифровизацию, платформенные решения, которые свяжут большие данные в разных сферах, включая инфраструктуру и финансы. Причём развитые страны, по словам Княгинина, в своих стратегиях начала 2010-х годов «делают ставку на новую промышленную революцию», а не на оптимизацию технологических систем.

tУчастники экспертного обсуждения вопросов технологического развития на Апрельской конференции НИУ ВШЭ. Фото: пресс-служба НИУ ВШЭ

У России как страны догоняющего развития есть примерно десять лет, чтобы «принять комплекс связанных решений», полагает вице-президент ЦСР. Среди них: достижение производительности, сопоставимой с ведущими странами (рост к 2024 году не менее 30%); переход к экономике со сбалансированным государственным и частным сектором; цифровая платформенная модернизация (в том числе в традиционных секторах экономики); создание национальной системы хранения данных; внедрение гибкой системы управления и передовой системы технического регулирования и стандартизации.

На формирование новых секторов российской экономики нацелена Национальная технологическая инициатива, но и правительство, по словам Владимира Княгинина, должно активнее включаться в этот процесс. С принятием Стратегии научно-технологического развития Российской Федерации актуальными стали вопросы приведения в соответствие с ней тематики исследований, реорганизации сектора исследований и разработок и оценки его эффективности, реструктуризации его финансирования с учётом рисков (и они уже решаются в рамках переформатирования ФЦП «Исследования и разработки»), а также поддержки технологического предпринимательства и образования.

«Судя по всему, мировая экономика определилась и с перечнем технологий (он не закрытый), и с перечнем рынков, которые характеризуют переход к новой промышленной революции (он тоже не закрытый)», – сказал вице-президент ЦСР. И это надо учитывать при инвестировании в российский исследовательский сектор.

При нарастании темпов происходящих в стране и мире изменений стратегическое планирование сжимается до 10–15 лет, отметил помощник Президента Российской Федерации Андрей Фурсенко. В связи с этим вполне возможны корректировки понятий отрасли или сектора экономики. Одна из задач науки, по его мнению, – глубокий анализ больших вызовов, качественно меняющих ситуацию в разных сферах, и оценка ответов на них, в том числе экономическая.

«Только на базе эффективного реального сектора возможно долгосрочное стабильное развитие», – уверен заместитель министра промышленности и торговли Российской Федерации Василий Осьмаков. По его словам, надо «заниматься тем, что мы традиционно умеем хорошо делать, но на новых принципах», используя передовые технологии и цифровизацию, например, при строительстве высокоскоростных магистралей, освоении Арктики, развитии агропромышленных технологий. Причём преимущественно за счёт частных, а не бюджетных денег, создавая долгосрочные стабильные условия для развития бизнеса в интересных государству нишах.

Технологии, инновации, институты

Насколько обоснованны и реализуемы предлагаемые для стратегии меры? В известном смысле, это вопрос преемственности и устойчивости государственной политики, на что обратил внимание первый проректор НИУ ВШЭ Леонид Гохберг. При наметившемся сокращении бюджетного финансирования науки в реальном выражении в сочетании с низким спросом бизнеса на отечественные разработки продуктивность текущих реформ, по его мнению, вызывает сомнения.

Также он сделал акцент на необходимости превращения технологических разработок в инновации с ориентацией на закрепление позиций на существующих рынках и выход на новые. А для этого требуются адекватные институты, эффективность которых в России пока ещё явно недостаточна. «Без этого ни о каком технологическом развитии, ни о каких прорывах говорить невозможно», – уверен эксперт. «Сбалансированный портфель инструментов», гибко дифференцированных по отношению к ориентированным на разные рынки компаниям, первый проректор НИУ ВШЭ назвал вызовом для разработчиков стратегии. При этом государство не должно представляться единственным актором и бенефициаром технологического развития, в стратегии должна быть отражена роль частного бизнеса, в том числе малого и среднего как важнейшего участника инновационных процессов.

Не стоит, по его словам, преуменьшать и роль населения как потребителя инноваций и драйвера технологического развития. По оценке Института статистических исследований и экономики знаний НИУ ВШЭ, возглавляемого Леонидом Гохбергом,

доля домохозяйств, вовлечённых в создание пользовательских технологических инноваций, составляет примерно 10%, что вдвое выше, чем в США и странах ЕС.

Переосмысление роли государства

Ректор НИУ ВШЭ Ярослав Кузьминов обратил внимание на высокие риски технологического выбора. «Мы существенно обеднели по своим возможностям… И нам надо не просто рассуждать о технологической революции, об участии России в ней, а применять это к экономической политике…», – отметил ректор. Государство должно прежде всего обеспечить активность частных экономических агентов, которые принимают решения в сфере развития технологий, утверждает Ярослав Кузьминов. По его мнению,

попытка принуждения экономических агентов к технологическому обновлению «на основе выбранных государством конкретных технологий – это самое плохое, что мы можем делать».

А вот стимулировать их к этому государству как раз следует, как минимум, налоговыми инструментами. И, конечно, развивать конкуренцию, расчищающую дорогу инновациям.

Собственная активность государства по технологическому обновлению основных фондов должна быть сосредоточена на оборонном секторе, медицине, образовании, ЖКХ, считает ректор НИУ ВШЭ. По его словам, важна роль государства и в «обеспечении кадрами, способными искать, отбирать и осваивать новые технологии…».

Ярослав Кузьминов посетовал на то, что инновации в госполитике, как правило, сводятся к дорогим технологическим, а гораздо более дешёвые – экономические, социальные и организационные – инновации «остаются без поддержки».

В завершение дискуссии среди прочих прозвучали два важных вывода. Первый – докладчика Владимира Княгинина – о необходимости перехода «из аналитической позиции в действие», несмотря на огромные риски и сопротивление старого новому. Второй – модератора Павла Кадочникова – о субъектах промышленной революции. Исходя из того, что «государство само против себя не восстанет», глава ЦСР призвал его «отпустить» заинтересованный в этой революции бизнес.

РЕЙТИНГ

2.20
голосов: 15

Обсуждение